Беленький Марьян (belenky) wrote,
Беленький Марьян
belenky

21 марта правительство Израиля приняло решение назвать вторую ливанскую войну второй ливанской войной.

Марьян Беленький

Ванька Жукман

Ванька Жукман, девятилетний мальчик, отданный три месяца тому назад на учение в еврейский интернат «Шуву», в эту ночь не ложился спать.
Дождавшись, пока обитатели бомбоубежища заснут, от открыл свой лап-топ и глянул в телевизор. «Си Эн Эн» показывало очередные разрушения израильской военщины в Ливане.
- Милый дедушка Константин Израилевич, - писал он, - и пишу тебе письмо, и желаю тебе всего от Господа Бога нашего, Бога Авраама, Ицхака и Якова- Израиля, выведшего нас из Египта мощною дланью.



Ванька перевел глаза на обитателей общежития. Марокканцы оборудовали себе отдельный угол, куда русских не пускали. Впрочем, русские туда и не совались. У них был свой огороженный загончик.

- А давеча клятые супостаты обратно на нас «катюши» пускали. Небось думаешь, что я буду просить тебя сделать такую божескую милость и забрать меня отсюда? Чтобы да, так нет. Ежели клятые супостаты думают, что мы испужаемся, и побежим отсюда, куды глаза глядят, так хрен им в жопу заместо укропу, чтоб голова не шаталась. Насралка все грозится. Нешто хорошего человека Насраллой назовут? Всех бы их, гадов, в свиные шкуры зашить, да подвесить, нехай коптятся. А мы, назло всем супостатам, жить здеся будем, да еще, назло им всем, и хорошо будем жить. И квартиры будем покупать, и на концерты ходить, и книжки читать, и жениться, и детей рожать. Как говорила покойная бабушка - «Унзере соним аф целухес» - «Назло нашим врагам».
Давеча ходил я в лишкат гиюс, по-нашему - в призывной пункт, хотел в парашютисты записаться, чтоб красные ботинки дали, как у нашего Йоси. Так расарит, по-нашему - старший сержант, сказывала, что в 9 лет в парашютисты не берут. Приказа, мол, не было, бюрократка. Так я покамест в кружок тайквондо записался, может, какой террорист попадется.
А Хайфа город большой, ослов и верблюдов нету, и собаки не злые. Я тут видал в одной лавке японский 4- колесный мотоциклет на гусеничном ходу, так ежели к нему пару пулеметов присобачить, и пушку безоткатную 75 мм, так можно и своим ходом в Ливан съездить.
А давеча привезли к нам в убежище продовольственные пакеты, так марокканцы все расхватали, а русским ничего не досталось. Так я, было, хотел им что-то на эту тему сказать, так одна марокканка вынула из пакета селедку матиас и ейной мордой начала меня в морду тыкать. Я тут же позвонил по мобильнику Йоси в Ливан, он сказал дать ей трубку. Оказалось, ее сын с Йоси в одном взводе. Решили все делить по справедливости, только что тут делить, коли все разворовывают. Я раз видал, машина с продовольственными пакетами остановилась за углом, вышел араб, к себе все в машину перегрузил, дал водителю деньги, и поехал к себе в деревню. Я тут же в полицию позвонил, сказали не морочить голову – есть, мол, дела поважнее. Бардак, он и есть бардак, хоть в армии, хоть где.
Милый дедушка! А когда в нашем поселении будут автоматы раздавать, возьми на мою долю короткоствольный «Узи» с откидным прикладом. Попроси у барышни Сары, скажи, для Ваньки. Да выбери удобный, по руке, а то у них при стрельбе очередями ствол вверх задирает.
Тут у нас в убежище некоторые «теоретики» поговаривают, что Ольмерта пора повесить за измену. Меня эти разговоры до глубины души оскорбляют. Как можно себе позволять такие выражения в адрес собственного главы государства?
Как по мне, вполне достаточно его просто расстрелять.
Ванька вздохнул и снова глянул в телевизор. Показывали митинг в Киеве против израильской военщины.
Ванька вспомнил, как ездили с дедом в соседние арабские деревни на танке, оставшемся у деда с прошлой войны. Дед был полковником в отставке, работал начальником охраны поселения.
Прежде, чем навести орудие, дед долго нюхал, затем закуривал «Гавану- люкс», отпивал виски «Уайт Хорз» из хрустальной фляжки, крякал и выстреливал. Ванька был заряжающим. Снаряд сносил с крыши водонагревательный бак, порой вместе с крышей. Арабы выбегали, в чем были, но неприличных жестов не производили, стояли тихо, бо хорошо знали, что после одного кривого слова следующий снаряд снесет весь дом. Дед называл это «артиллерийско-воспитательный процесс». Деда в соседних арабских деревнях хорошо знали, и при встречах кланялись ему в пояс. Веселое было время!
- А гранатомет мой МК 19 никому не отдавай. Остаюсь твой внук Йоханан.

Ванька вписал адрес: dedushka@derevnya.ru , потом подумал, и дописал в сабжекте
Konstantinu Izrailevichu, и нажал «send».
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • (no subject)

    Писатель и деньги. Личный опыт. Марьян Беленький Об авторе:…

  • (no subject)

    А шо? Пусть ФБ закроют навсегда, и тогда все сюда вернутся. За что меня банили в ФБ: "Русофобские" цитаты из Пушкина, Лермонтова, Щедрина и т. д.…

  • (no subject)

    Марьян Беленький Скромность. Профилактика и лечение Скромность, наряду с шизофренией и депрессией является тяжелым психическим расстройством. Б-ному…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments