June 18th, 2019

(no subject)

Впервые слово "хуй" в напечатанном виде я увидел в эстонском журнале "Радуга"
в 89 году, в публикации романа Аксенова "Остров Крым". Через год роман перепечатал Юность, но никакого хуя там уже не было.
Я ходил с этим журналом и всем показывал, люди своим глазам не верили. Было ясно, что в стране что-то решительно меняется.
Зав. отд. прозы был мало кому известный Михаил Веллер. В том же номере был опубликован мой монолог "Урок демократии" ("Смирно, начинаем боевые занятия по демократии". "Резинки дубиновые". "Внедрять демократию в головы населению"
"Проходившие мимо простые советские люди пресекли антисоветские действия жалкой группки отщепенцев в количестве ста тыс. чел. при поддержке танков и авиации, причем авиацию вызвала простая старушка".
Через год этот текст стал исполнять Хазанов. Это был последний текст, запрещенный советской цензурой перед ее упразднением.

В связи с чем, возникает вопрос.
Есть мнение что использование неконвенциональной лексики в данном журнале снижает его посещаемость, и престиж автора.
Ваше мнение?
Как насчет eu_shestakov?
За Губермана я молчу.