February 26th, 2020

(no subject)

Посмотрел видео своих танцев и пришел в ужас. Дедуля пожилой, седой, пузо торчит. Каменная рожа без малейшего подобия улыбки. Таких изображают в учебниках психиатрии "маска больного депрессией". Рот постоянно раскрыт как у дебила или больного аденоидами, сутулость, задница отставлена, партнершу хапаю лапами как дырявый мешок с картошкой.
Тут уж никакие смокинги с цилиндрами не помогут.
Почему никто из вас мне об этом не сказал раньше?
Как связаться с японским адвокатом? Буду подавать в суд на JVC.

(no subject)

Марьян Беленький
Краткая биография

Катались мы как-то с Колей на яхте:


А народ с берега говорит:
А что это там за мудак рядом с Беленьким?
Я, знаете ли, не люблю церемоний. Напротив, я даже всегда стараюсь проскользнуть незаметно. Но никак нельзя скрыться. Только выйду куда-нибудь, уж и говорят: «Вон Беленький пошел»:

А один раз меня даже приняли за Жванецкого. Русские на улице Герцля становились во фрунт и просили автографы. После один министр, который мне очень знаком, говорил:
- Ну, мы тебя, братец, совершенно приняли за Жванецкого.
С хорошенькими актрисами знаком - Клара Новикова, Хана Ласло, Лена Степаненко - всех и не упомнишь. От женщин, поверите, прямо-таки отбою нет:
http://www.milkywaycenter.com/belenky.html

И не удивительно. Я ведь с актрисами вот с такого возраста работаю:

Я ведь тоже разные монологи... И в журналы разные помещаю. На разных языках, всех и не упомнишь:

Литераторов часто вижу. С Эфраимом Кишоном был на дружеской ноге. Бывало, часто говорю ему «Ну что, брат Кишон?» «Да так, брат, - отвечает, бывало, - так как то все». Большой оригинал. Я его всего перевел, даже то, что он не писал. И надо признаться, мои переводы куда лучше оригинала, он и сам это признавал:
"A translator like Belenki is the dream of every writer, said Kishon. To translate humor, the translator has to be a great humorist himself, but someone as talented as that will not engage in translation but will write his own works. Belenki the translator is a miracle that is typical of our country.":
«Ha Aretz» 1.11.02
Тут ссылка была, так она уже старая.
Часы мне свои подарил, хотел свою виллу в Тель-Авиве на меня переписать, но я отказался - что мне – жить негде, что ли?
Давеча специально ко мне главный редактор «Нью Йорк Таймс» прилетал на личном вертолете. Стоял передо мною на коленях, умолял что-нибудь для него написать и размахивал чеком на миллион долларов. Ну я его прогнал. У меня этих милионов видимо- невидимо...У вас, кстати, 20 шекелей не найдется? В дороге совершенно поиздержался. А пособие для малоимущих только 28 числа…
Моих, впрочем, много есть сочинений, я уж я и названий даже не помню:
И все случаем – я не хотел писать, но в министерстве культуры говорят:
- Пожалуйста, братец, напиши что-нибудь. А то премии давать некому, хоть плачь:
http://www.proza.ru/2007/08/08-71
http://oglyadach.com/news/2009/5/26/210659.htm
Думаю себе: «Пожалуй, изволь братец!» И тут же в один вечер, кажется, все написал, всех изумил. У меня легкость необыкновенная в мыслях. Я им всем поправляю статьи. Мне «Вагриус» дает за это 40 тысяч в месяц. Долларов, разумеется. Я, признаюсь, литературой существую:
У меня дом - первый в Иерусалиме. Так уж и известен: дом Марьяна Беленького. Сделайте милость, господа, если будете в Иерусалиме, прошу ко мне. Где я живу, любой в Иерусалиме знает. Увидите шикарную гостиницу на сдерот Герцль. Я напротив, в одноэтажке комнатушку снима... что ж я вру, я и позабыл, что у меня трехетажная вилла в Герцлии. В джакузи - личный спасатель от министерства культуры. Блеск, шик, просто не говорите! Борщ в кастрюльке прямо на пароходе приехал из Одессы. Я, почитай, всякий день на тусовках:
Там у нас и компания составилась – главный редактор «Таймс», главный редактор «Пари матч», главный редактор газеты «Наш Иерусалим» и я. А любопытно взглянуть ко мне в переднюю, когда я еще не проснулся – главные редактора газет и журналов со всего мира толкутся и жужжат там как шмели. Мне и на пакетах пишут «Лауреату Нобелевской премии Израиля». Один раз я даже управлял министерством культуры. И странно: министр уехал, - куда уехал, неизвестно. Ну, натурально, пошли толки: как, что, кому занять место. Многие находились охотники и брались, но подойдут, бывало – нет, мудрено. Кажется, и легко на вид, а рассмотришь – просто черт возьми! И в ту же минуту по улицам курьеры на мотороллерах – курьеры, курьеры, курьеры, можете себе представить – 35 тысяч одних курьеров.
- Каково положение?- я спрашиваю. «Марьян , ступайте министерством культуры управлять». Я признаюсь, немного смутился – вышел в трусах: хотел отказаться, но думаю – дойдет до премьер-министра, ну и CV тоже... «Извольте господа, я принимаю должность, я принимаю, говорю, так уж и быть, только уж у меня – ни ни ни!.. Уж у меня ухо востро! Уж я!»:
И точно, бывало, как прохожу через министерство, просто землетрясенье, все чиновники прекращают кофе пить, все дрожит и трясется как лист. О! Я шутить не люблю. Я им всем задал острастку. Меня комиссия Кнесета по культуре боится. Да что в самом деле? Я такой! Я не посмотрю ни на кого... я говорю всем: «Я сам себя знаю, сам». Я везде, везде. В канцелярию премьер-министра каждый день на бронированном «Мерседесе» езжу, со встроенным баром, ванной, туалетом и библиотекой. А на заднем сиденье – две самые шикарные иерусалимские девушки. Ждут, пока я освобожусь.
Мне завтра же дадут социальную квартиру на Брайтоне как почетному инвалиду репатриации ...
Ну, заболтался я тут с вами.
Надо бежать мыть старикам жопы.
20 шекелей в час на дороге не валяются.
-