Беленький Марьян (belenky) wrote,
Беленький Марьян
belenky


Это моя дочка Лиора. Ей сегодня исполнилось 15 лет.
Когда мне было 15, я каждый день слушал "Голос Америки", Би Би Си, "Немецкую волну". "Свободу" в Киеве глушили, но стоило отъехать 50 км от города, и ее тоже было слышно. И не надо мне рассказывать, что вы верили советским газетам. Почему я в 15 лет прекрасно знал, что совгазеты - говно. В в "Известиях" писали "как сообщает греческая газета "Едиот Ахронот". Слово "Израиль" было неприличным и употреблялось лишь в контексте "израильские агрессоры". Этих самых агрессоров каждый день рисовал в "Известиях" Борис Ефимов. Это были хищные жыды с крючковатыми носами и загребущими лапами, с которых капала кровь палестинских детей. На пузе у него красовался магендавид, чтоб не спутали, не дай Бог. Юлиуса Штрайхера за такие карикатуры повесили, а прогрессивная еврейская общественность России каждый год отмечала юбилей выдающегося советского художника Бориса Ефимова. И сам он объяснял, что отказаться не мог - такое время было, надо было семью кормить.
А в субботу в 10 вечера после новостей вся семья слушала по "голосу Америки" обзор "Американская печать об СССР". В понедельник в школе все еврейские ученики обсуждали прослушанное, во всех еврейских семьях были приемники, все слушали западные голоса.
Когда мне было 15, мы жили вшестером в одной комнате. Дед, баба, мои родители, я, и мой дядя. Нам никто не говорил, что это плохо. Так жили все вокруг. Это был 1965. Только не надо мне тыкать в глаза цифрами массового строительства. Мы жили так.
Когда мне было 15, все ходили в туалет во дворе, зажав в руке клочок газеты. Прежде чем зайти туда, нужно было постучать дверью, чтоб крысы разбежались, и она бегали по ногам. Утром выходили в тот же туалет выливать горшки. Сидеть с голой жопой приходилось и в 30-градусный мороз и в 30 градусную жару.
Под нашими окнами стояли жестяные ящики с гниющим мусором, над которым кружилась плотная стая жирных мух. А из под ящиков текла вонючая густая жижа.
По субботам я ходил с отцом в баню. Мать заворачивала нам белье в газетку, следя за тем, чтобы на ней не было портретов руководителей партии и правительства. Она еще помнила, как за помятый или порванный портрет Сталина в газете расстреливали.
Когда мне было 15, я получал собственные деньги, правда, небольшие. Это были гонорары за исполнение моих юморесок по украинскому радио. Поскольку паспорта у меня не было, почтовые переводы приходили отцу, он мне отдавал. Но на эти деньги я покупал кубинские пластинки по 2.15 и под них выебывался у зеркала и видел там кубинского негра. Откуда он взялся, до сих пор не знаю. Еще я покупал в киоске на Крешатие польские журналы. Там публиковались фото нормальных людей, а не истуканов с каменными рожами передовиков производства.
Я покупал в бот. саду фирменные диски за 80 руб, переписывал их на бобины, и продавал за те же деньги. Кайф был в том, чтобы подержать в руках натуральные альбомы Битлз и Роллинг стоунз. Для того, чтобы переписать, нужно было тащить тяжелый магнитофон к приятелю.
***
Вот такую херню я могу гнать тоннокилометрами. Вопрос в том - кому это надо
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments